Быстро Аттила стал уставать, и Шанна сообразила, что его живучесть владеет рубежа. Она пустила лошадка безмятежным шажком, следуя зигзагообразной полосы берега, и остановилась перед ручейком, пересекавшим песочный сберегал. Повернув лошадка, Шанна направилась к истоку ручья. За плотный листвой кустарника её взгляду открылась нависшая гора, с которой каскадом срывался маленький сатерленд, заполнявший озерцо у её подножия.
Шанна соскочила с лошадки. Аттила вошел в воду и стал с жадностью глотать. Шанна как-нибудь подобрала разметавшиеся волосы и протерла себе шейку смоченным под холодный струей платком. Незначительно угомонившись, она опять смочила платочек и медлительно провела им сообразно разгоряченным щекам. Потом она вскочила в седло и двинулась сообразно течению к селе.
Возникновение горделивого Аттилы с развевавшейся сообразно ветру гривой и по-боевому приподнятым хвостом, с великолепнейшей из всех всадниц решетка на спине, повергло в удивление моряков-колонистов, побросавших все свои дела. Польщенная их интересом, Шанна вежливо кивнула и направилась к причалу, в каком месте стоял прибывший корабль. Она увидела коляску отца и спросила Мэддока, в каком месте сквайр.
- На борту, мэм, - растягивая слова, ответил негр и указал запятанным огромным пальцем на высочайшее судно. - Наверняка, разговаривает с капитаном.
Чуть Шанна дала ему предлог, намереваясь слезть с лошадки, как здесь же началась драка. Некоторое количество морских волков, расталкивая друг друга, дрались за преимущество посодействовать ей выйти на землю. Она долготерпеливо ожидала, покуда, в конце концов, один молодой великан, перед которым Питни показался бы лилипутом, пробился к ней и поспешно подал ей руку.