«Хитрецкий мошенник!- поразмыслила Шанна. - Оставляет меня одну для неминуемых разъяснений. Я даже не знаю, вправду ли он Бошан. Судя сообразно тому, что мне о нем понятно, он полностью мог одалживать эту фамилию. Однако как же тогда реальная имя этого проходимца?А означает, и моя личная?Мадам Джон Рюарк?- Шанна про себя выругалась. - Боже упаси !»
У нее появилось бесхарактерное хотение улизнуть к себе, однако она подавила его как недостойное её. Успокаивая себя единой думою: «Я мадам Бошан», Шанна оправила шикарное светло-розовое атласное платьице, увенчанное жемчугами, лентами и рядами рюшей. Изящные розовые узоры окаймляли глубочайшее декольте и рукава. Мастерски выполненные атласные бутоны роз усыпали пышную юбку. Узенькая атласная лента обвивала узкую, изящную шейку.
Шанна подняла руку, чтоб испытать кропотливо уложенные волосы, когда к столику у двери подошел определить порожней фужер 3-ий ассистент капитана, встречавший её на борту «Морского ястреба». Увидев Шанну, он застыл от изумления.
- Мадам Бошан!- лучезарно улыбнулся он, придя в себя. - Какая красота. . . - Его глаза остановились на больших округлостях её груди в вырезе платьица. Позже он покраснел и, осекаясь, пробормотал: - Какая красота. . . этот ваш. . . терем !
Беседа в гостиной прервался, и Шанна, чье возникновение было, таковым образом, громко объявлено, отбросила все сомнения. Заставив себя порадоваться, она изящно вплыла в гостиную, чуток удерживая просторный кринолин, чтоб он не очень раскачивался. Собравшиеся мужчины в упоении глядели на Шанну. К ней подошел отец. Отстранив таращивших на нее глаза отроков, пришедших со собственным капитанам, Орлан Траерн с очевидной гордынею представил дочь гостям. Во время церемонии представления Шанна увидела, как Натаниэль смотрел за ней пристальным взором и даже нахмурился, когда некий молодой гевальдигер протиснулся посреди её новейших почитателей, чтоб стать ближе к Шанне. Не ускользнуло от нее и необыкновенное поведение Ролстона, однако она не придала этому особенного смысла - не достаточно ли что могло существовать у него на разуме.