- Правда, влюбленность моя.
Шанна села в кровати.
- Я никогда не задумывалась, что он этак одинок, - вдумчиво проговорила она.
Она лишь что сделала разрешающий шаг в собственной жизни - из эгоцентрической и беззаботной молодости перешла в совершенную тревог и хлопот жизнь зрелых. Переход этот оказался больным. Рюарк безмолвствовал, давая ей вероятность ориентироваться в этом. Шанна пробовала осмыслить глубины лишь что обретенной зрелости. Это был новейший эксперимент и не во всем горьковатый. Она удостоверилась в том, что отец обожает её, и рассудок этого согревало её сердечко. Однако из её памяти не уходили и его твердые доводы, и колкость возмущенных слов, направленных супротив её непреклонного своеволия. Её ребяческие мечты о чудесном лорде, благоговейно просящем её руки, уже издавна рассеялись. Перед её мысленным взглядом чередой проносились презрительные, безжизненные личика. Эти видения отступили при идеи об одиноком, ощущавшем себя перед ней виноватым папе.
Ранее его проповеди только сердили её, однако лишь что высказанная им боязливая просьбица вызвала у нее надобность сообразовываться с его желаниями. Он желал, чтоб она вышла замуж и имела деток. Однако кого ей избрать?Сэра Гэйлорда, эту глуповатую карикатуру на рыцаря её девичьей мечты?В кромешной тьме за ним вырисовывалась иная фигура, сумрачная и загадочная. При идеи о ней спокойствие оставлял Шанну, растворялся, как тает снег под весенним дождиком, и она пыталась взять в толк, что, фактически, ей охото самой.